Для меня лето всегда начинается в тот момент, когда жара начинает проникать под кожу. И не важно, случится это в марте или в августе, "лето" никогда не было понятием строго сезонным, это скорее общее состояние, определяющее внешние и внутренние ощущения. В этом году лето для меня началось сегодня утром. В подземельях вообще не бывает времен года, так что за завтраком я еще ощущал на коже ночную прохладу, а вот после, решив прогуляться к озеру, я осознал, что оно пришло. На улице не было ни ветерка, солнце быстро поднималось в небо и нещадно нагревало землю, душный воздух окружал меня со всех сторон и создавал вокруг марево. Мне даже показалось на мгновенье, что от воды идет пар, но я списал это на разыгравшееся воображение.
К концу июня шестикурсники становятся самыми счастливыми обитателями Хогвартса. Именно мы можем себе позволить целыми днями валяться на солнышке, подставляя его лучам бледные тела, а ночами устраивать посиделки или даже вечеринки, пока все, кто на курс младше и старше, корпят над учебниками и конспектами. Я весь месяц с ужасом наблюдал за своими друзьями-семикурсниками, которые лезли из кожи вон, лишь бы нагнать все то, на что плевали семь лет обучения. Каждый хочет окончить школу на все "П", будь то полукровка из среднего класса или наследник древнего аристократического рода. Впрочем, мне пока что до тих проблем было далеко, гораздо бóльшую часть в моих мыслях занимали вопросы о том, чтобы заказать у мадам Малкин еще летних костюмов и легких рубашек, иначе я просто сойду с ума от жары, если придется одеться во что-нибудь с длинным рукавом.
Итак, почувствовав, что лето действительно наступило, я поспешил спрятаться от него как можно надежнее и направился обратно в Хогвартс, чтобы еще раз проверить, все ли готово к сегодняшнему балу по случаю долгожданного окончания экзаменов - хорошо ли выглажена рубашка, выстирана ли парадная мантия, начищены ли ботинки; тщательно ли собраны мои вещи (ведь выезд домой назначен на следующее утро); а так же, должным ли образом гостиная факультета подготовлена (см. так же - нашпигована огневиски) для вечеринки, ожидающейся после окончания официальной части. Конечно, бал - это замечательно, но то, что происходит после него, обычно гораздо интереснее. Ко всему прочему, лично для меня время в Большом Зале обещало стать не самым приятным в жизни, ведь идти я был обязан со своей новоиспеченной невестой. Пожалуй, даже гриффиндорцы воспринимали меня с бóльшим энтузиазмом, нежели эта особа. Ей что-то дурное засело в голову, хотя я, честно говоря смутно помню, что и когда ей обещал, в чем клялся и зачем вообще это делал. Долорес Амбридж никогда не отличалась излишней красотой и привлекательностью, зато была наследницей хорошей фамилии, уходящей корнями куда-то в Нормандию, неплохого состояния и, конечно, светлых волос с приятным медовым отливом, что моя маменька воспринимает как знак качества и обязательное условие для будущей невестки. Так или иначе, я спорить с выбором родителей не стал, это было бы бесполезно, а что касается Долорес - ее строптивость могла бы даже стать интересным стимулом, но пока что вызывала во мне только оттенки раздражения. Днем я надеялся, что мы сможем общий язык на балу.

Конечно, все мои надежды оказались напрасны: будущая миссис Розье весь вечер испепеляла меня взглядами, а в танцах будто специально наступала на ноги (между прочим, на мне были ботинки, сделанные на заказ одним из лучших итальянских мастеров), но стоило мне уйти за напитками, хаффлпафка бесследно пропала, за что, в общем и целом, я ей был благодарен. В оставшееся время я несколько раз приглашал своих кузин, танцевал с еще не обрученными однокурсницами и болтал с приятелями о планах на лето. Мне предстояло через неделю отправиться к родственникам во Францию, но на все лето Туманный Альбион покинуть все равно не получалось - каждые пару недель я был обязан наносить визит вежливости родителям своей невесты и приводить время с ней самой, но сегодня, на балу, я старался просто не думать об этом, по своему обыкновению предпочитая отложить нехорошие мысли на какое-нибудь "завтра" или, в крайнем случае, "послезавтра" которое могло и не наступить никогда.
Я ускользнул в подземелья еще до окончания бала. В гостиной еще сидели какие-то младшекурсники, но скоро их прогнали, а на вход поставили чары, не позволяющие сунуться сюда непрошеным гостям. Помещение постепенно заполнялось "своими" людьми - горсткой аристократов, уже пребывающих в приподнятом настроении и состоянии легкого алкогольного опьянения. Мне это состояние окружающих было только на руку - играть предстояло в карты, а иметь любое преимущество значит на целый шаг опережать соперника. Ночь тянулась медленно, играла музыка, сыпались галлеоны и даже чьи-то запонки, все постепенно остались без мантий, а потом и без пиджаков, в помещении стало душно, оказалось, что лето все-таки сумело добраться даже сюда, я и сам часам к трем уже весь взмок, да и порядком захмелел, так что соображал все хуже и хуже. И все-таки мне удалось не остаться без штанов и удержаться до самых последних туров, когда народу уже стало гораздо меньше. Последние игры мы играли впятером. Ставить деньги надоело, в ход пошли желания - давняя слизеринская традиция. Кажется, общим желанием почти всех окружающих было выбраться из душной гостиной и лечь спать в прохладе спален, но на то оно и "почти", чтобы оставить в поле зрения нескольких персонажей.

- Кажется, ты выиграл, Малфой, - я смотрю на свои карты и понимаю, что дело, как говорится, - труба. Шансов нет, не стоит даже надеяться. Кладу карты на столик и откидываюсь на диване. Моя бабочка давно лежит рядом со мной, пиджак валяется рядом же, а несколько верхних пуговиц на рубашке по-щегольски расстегнуты. Будь моя воля, я снял бы ее вовсе, но этикет требует жертв. К тому же, единственный человек, который остался со мной в гостиной, вызывал у меня чувства смешанного уважения и соперничества, так что перед ним показаться невоспитанным мальчишкой мне хотелось меньше всего.
Едва ли я заметил, когда и куда делись остальные, но теперь я осознавал, что в гостиной остались только мы вдвоем. Я расстегнул еще одну пуговку своей рубашки и прошелся взглядом по однокурснику. Меня с Малфоем всегда связывали достаточно странные отношения. Мы не так уж много общались в детстве, да и став юношами, не стали проявлять друг другу больше внимания, пока не вмешалась злодейка-судьба. Однажды я застал его за весьма пикантным занятием, и с тех самых пор началась наша игра. Найти компромат для меня - это, как оказалось, не проблема для Люциуса Малфоя. А я не мог не ответить взаимностью. В моей памяти накопилось уже определенное количество интересных моментов, пожалуй, за последний год-полтора я узнал о юноше больше, чем обо всех своих сокурсников вместе взятых, начиная со дня знакомства. Никогда особенно не интересовался людьми и их судьбами, но исключения случаются в жизни каждого. Люциус стал моим исключением. Я рассматриваю его слегка затуманенным взглядом. Статный блондин, красивый, пожалуй, самый популярный, но это и понятно: превосходные манеры и интересная внешность в комплекте со знаменитой фамилией и состоянием, слухи о котором постоянно будоражат общественность, стали мощным афродизиаком для девушек разных мастей и сословий. И, как я успел заметить, не только для девушек, но это уже относится к более приватной информации.
У меня самого всегда было определенное количество поклонниц и, да, признаю, поклонников, но до Малфоя, конечно, - это как до Луны. Я рассматриваю его с интересом. Никогда не думал о нем в ключе привлекательности, мы все-таки игроки разных полей. Или, наоборот, слишком схожей масти, но что бы там ни было - осознавая в полной мере мужскую привлекательность Люциуса, я ни разу не проявил и даже не подумал о том, чтобы проявить ему какие-либо знаки внимания, и все наше общение ограничивалось тем самым своеобразным соперничеством. Несколько раз я бывал на балах в его поместье, пару раз он был гостем в моей крепости, но едва ли мы оказывали друг другу внимания больше, чем того требуют правила приличия. Весь вопрос в том, говорит ли что-либо свод правил и указаний о том, как стоит вести себя в предрассветные часы в опустевшей гостиной, наедине с картами, алкогольным опьянением и человеком, с которым раньше вряд ли оставался наедине так долго. Все, что не запрещено, разрешено? Или же запрещено все, что не разрешено? Черт возьми, перед рассветом мне в голову всегда лезут странные мысли.
Я обмахиваюсь веером, забытым одной из девушек.
- Итак, что я должен сделать?

[avatar]http://avatar.imgin.ru/images/134-mOco7MtQXo.png[/avatar]