[h1]Lorelei  Ruth Jefferson[/h1]

[ ученица старшей школы, капитан команды по плаванию ]

---

17 лет

в поисках себя

Нью Йорк

---

[html]<ple><audio src="https://forumstatic.ru/files/0011/b8/a1/57028.mp3" controls="" style="width: 560px; height: 12px; margin-top: 5px; margin-left: 45px;"></audio></ple><br><font style="font-family:Jura; color:#80828a"><center><br>AND YOU SAID I CAN'T ESCAPE MYSELF INSIDE A LIVING HELL.
CAN YOU SAVE ME FROM MY SHADOW?<br><br><br></center></font><br>[/html]


[h2]the Story[/h2]

[html]
<table><tr>
<td><img src="https://upforme.ru/uploads/0011/b8/a1/2/37149.gif"></td>
<td> <img src="https://upforme.ru/uploads/0011/b8/a1/2/82814.gif"></td>
</tr></table>
<font style="font-family:verdana; color:#5e719e"><center>А МНЕ ВСЕГДА ХОТЕЛОСЬ ПОДРОБНОСТЕЙ: ЧЕМ ОТЛИВАЛИ ЕЕ ВОЛОСЫ НА СОЛНЦЕ,<br> КАКОЕ МОРОЖЕНОЕ БЫЛО ЕЕ ЛЮБИМОЕ, КАКИЕ ПЕСНИ ОНА НАПЕВАЛА ПРО СЕБЯ?</center></font><br><br>

Лора точно знает, что не была ни запланированным, ни даже желанным ребёнком, ведь ярче всего об этом свидетельствовал тот факт, что её собственная мать бросила её задолго до того, как ей исполнился хотя бы год. В один погожий, и очевидно прекрасный для несостоявшейся миссис Джефферсон, августовский день, Амелия оставила свою неустанно рыдающую от коликов десятимесячную дочь с соседкой, престарелой сеньорой Санчез, и под каким-то благовидным предлогом уехала в неизвестном направлении, судя по всему даже ни разу не оглянувшись назад.<br><br>

Лорелай, стоило ей только научиться говорить хоть что-то кроме "папа", "дай" и "хочу", впервые задала ему неудобный вопрос "где мама?", после того как услышала и увидела мам, которые приходили за другими детьми в её детский сад. Долгое время Шон, не желавший травмировать своего ребёнка жестокой правдой в столь юном возрасте, говорил дочери о том, что "мамы нет", тем самым не солгав ей, однако заставив поверить скорее в то, что мама ушла на небеса, чем ушла от них. И лишь в свои семь лет, она нечаянно подслушала, как любимая и всегда мягкая и добрая бабушка нервно курила сигарету и возмущённо обсуждала "драную шалаву Амелию" со своей подругой по телефону, и поняла, что та самая ранее идеализированная ею мама отнюдь не умерла, как она думала, а более того - живёт теперь где-то не очень далеко от Цинцинатти, что безумно злило бабулю.<br><br>

Для Лоры, до этого много лет подряд изводившей отца постоянными своими расспросами и неуёмным любопытством о том, какой именно была её мама, каким был её любимый цвет, какой она любила вкус мороженного больше всего, как звучал её голос и как она называла маленькую Лор, это оказалось сильным ударом, на какое-то время подорвав то абсолютное доверие и безграничное обожание, что испытывала к нему дочь. И даже психолог, к которому затем настойчиво и долго таскала внучку чувствовавшая вину бабушка Вивиан, не смогла пробиться через стену отчуждения и бессловесной, упрямой брони, что выстроила вокруг себя девочка, заставив психолога обречённо сообщить мистеру Джефферсону, что "время сгладит углы".<br><br>
<center>✣ ✣ ✣</center><br>

Время действительно значительно сгладило углы, заставив Лорелай слишком рано повзрослеть и прочувствовать всю горечь от предательства матери, на долгие годы выбив у неё почву из под ног. Осознание того, что именно добровольно и без принуждения сделала Амелия, заставило Лору чувствовать себя отвергнутой, никчёмной, не любимой и не нужной, заронив это быстро растущее деструктивное зерно в благодатную почву зарождающихся подростковых комплексов. И, сумев простить отца за малодушие, проявленное к ней из страха ранить, Лора с тройной силой принаялась ненавидеть мать, не осознавая того, что от этого её связь с отцом становится слишком удущающей и крепкой. <br>
Неосознанно испытывая не унимающийся страх потерять ещё и отца, она эгоистически требовала от него всей любви, на которую тот был способен, не желая делить его ни с его временными пассиями, что крайне редко появлялись на горизонте, ни даже с работой, и потому совершенно не бунтовала против его "контроля", который казался например Мие, её лучшей школьной подруге, практически всеобъемлющим, подобным золотой клетке. <br><br>

Лора, становясь уже не ребёнком, а юной девушкой, чётко для себя решила, что "им с папой никто не нужен", и постаралась заменить в доме маму, взяв на себя бытовые вопросы и ведение хозяйства, к большой и не скрываемой радости отца, с чьих плечей наконец свалился этот непомерный груз, разрывавший его на тысячи уставших кусков годами. И пусть первые кулинарные попытки Лоры вызывали у обоих изжогу или несварение, а наведённый "порядок" заставлял их искать ключи от дома то на обувной полке, то в микроволновке, постепенно Лора стала одним из двух крепких и равнозначных столпов их нерушимо крепкой семьи. <br><br><br><hr><br>

<table><tr>
<td><img src="https://upforme.ru/uploads/0011/b8/a1/2/951417.gif"></td>
<td> <img src="https://upforme.ru/uploads/0011/b8/a1/2/241624.gif"></td>
</tr></table>
<font style="font-family:verdana; color:#5e719e"><center>Я БУДУ ВОДИТЬ ТЕБЯ ПО МУЗЕЯМ, ПАРКАМ И ЦЕЛОВАТЬ ТЕБЯ В КАЖДОМ КРАСИВОМ МЕСТЕ,<br>ТАК ЧТО ТЫ НИКОГДА НЕ СМОЖЕШЬ ВЕРНУТЬСЯ ТУДА, НЕ ОЩУТИВ МЕНЯ ВО РТУ, КАК КРОВЬ</center></font></center><br><br>

Семья Такеров приехала в Цинцинатти восемь лет назад и поселилась в четырёх кварталах от дома Джефферсонов. Данный факт бы остался незамеченным Лорой, если бы в середине учебного года в их классе бы не появился бы тощий блондинистый новенький, смотревший на класс испуганными серыми глазами, пока миссис Кроуфорд представляла его ребятам. И, естественно,  судьба распорядилась так, что его посадили за парту Лоры, разделив их с Мией на невыносимо долгих четыре недели, пока Дэни Такер наконец не влился в процесс и не обзавёлся своими собственными друзьями. Его отец, Томас Джей Такер, стал преподавать в школе и очень быстро сдружился с отцом Лоры, а потому им с Дэни периодически приходилось коротать время вместе, пока их отцы были заняты чем-то своим. И если поначалу мальчишка, оказавшийся той ещё "проблемой в кепке", Лору ужасно раздражал, то с течением времени она поняла, что успела к нему привязаться, и может даже назвать свои другом, почти наравне с Мией. <br><br>
<center>✣ ✣ ✣</center><br>
Отец долгое время относился к их дружбе достаточно спокойно, пусть и начал читать Лоре занудные морали, в стиле "будь осторожна, всем мальчишкам только одного надо" уже когда ей стукнуло тринадцать, сменив на этом нравственном посту бабулю Вив, которая не дожила всего две недели до своего шестидесятилетия. Ло не понимала, чего именно по словам отца "одного" им было нужно, потому что Дэни интересовали только его игровая приставка, скейтборд и коллекция комиксов, а так же коллекционных постеров и фигурок из "Звёздных Войн", которые он заставил посмотреть свою подругу минимум с десяток раз за эти годы. Лора точно знала, что постельное бельё в комнате Такера-младшего было с рисунком "Сокола тысячелетия", а любимым ругательством было "ситхское отродье", за которое его пару раз запирали в кладовке ученики из параллельного класса. Тот момент, когда друг из занудного и немного нелепого ботаника превратился в статного и красивого пятнадцатилетнего юношу, Лора бы и вовсе пропустила, если бы не Мия, которая и обратила не видящий дальше своего носа взгляд подруги, на хорошенького мальчишку рядом с собой. И ни для Мии, ни для других одноклассников, не стало ничем удивительным то, что после лета, когда обоим стукнуло по 15, они вернулись в школу, держась за руки.<br><br>

Наверное единственный, кто на этот момент оставался в неведении о чувствах Лоры, был её отец, всё ещё наивно полагавший, что его маленькая мисс Джефферсон и думать не думает о мальчишках. Не зная какой реакции ожидать от порой излишне строгого отца, Лора не раз ссорилась с Дэниэлом, желавшим поскорее объявить всему миру о том, что они - настоящая пара, перестав прятаться и разбегаться в разные стороны, стоило только кому-то из преподавателей появиться на горизонте. Шон же, не слишком довольный тесной дружбой дочери с пубертатным подростком, лишь методично закручивал гайки, заставляя Лор краснеть, когда громко и чётко при визитах Дэни просил оставлять дверь в её комнату полностью открытой, или же провожал их с Такером полным подозрения и отцовской бдительности взглядом.<br><br>

Пока Лора и Дэни до хрипа ругались и выясняли отношения, ссорились и мирились, сходились и расходились, отец оставался в сладком неведении, предполагая, что дочь ведёт себя крайне осмотрительно, пусть и не отпускал её на ночёвки даже к Мие, аргументируя это тем, что не знает родителей Мии достаточно близко и хорошо, чтобы подобное разрешить. И впервые в её жизни, Лорелай почувствовала, как она задыхается от подобной опеки отца. И, чтобы хотя бы немного ослабить его хватку и вырвать себе побольше времени, она набрала себе множество внеклассных занятий, чтобы у неё был повод побольше находиться вне дома.
Книжный клуб, плавание и волейбол у тренера Такера, дополнительные занятия в художественном кружке - всё это давало ей больше свободы вне дома, а так же добавляло проблем и ссор с Дэниэлом, частенько упрекавшим Лору в том, что ему не достаётся достаточно её внимания, времени и ласки. "Подождать" и не торопиться мальчишка так же согласился со скрипом, напоминая Лоре, что в их возрасте парочки уже давно переходяят ко второй, а то и третьей базе, а у нескольких его футбольных товарищей и вовсе был "хоум-ран".<br><br><br><hr><br>

<table><tr>
<td><img src="https://upforme.ru/uploads/0011/b8/a1/2/35345.gif"></td>
<td> <img src="https://upforme.ru/uploads/0011/b8/a1/2/724698.gif"></td>
</tr></table>
<font style="font-family:verdana; color:#5e719e"><center>ЧЕЛОВЕК, В КОТОРОМ Я БОЛЬШЕ ВСЕГО НУЖДАЛАСЬ,<br> НАУЧИЛ МЕНЯ, ЧТО МНЕ НИКТО НЕ НУЖЕН.</center></font><br><br>
День встречи с матерью стал одним из тех моментов, которые Лора хотела бы навсегда стереть из своей памяти, выжечь, вырезать или вымарать краской.<br><br>

Снег уже почти начал сходить, стаиваемый первыми порывами тёплого весеннего ветерка, приносившего весть о приближающихся переменах. Лора, которую Мия подкинула до дома на своей новёхонькой машине, которую родители подарили ей на её "сладкие шестнадцать", совершенно не ожидала этого появления, и потому повернулась к окликнувшей её женщине с лёгкой вежливой полуулыбкой на губах. Улыбкой, которая тут же поникла, когда девушка наконец осознала кто стоит перед ней, растерявшись перед брюнеткой в дорогом чёрном пальто, пусть и прокручивала диалог их возможной встречи с тысячу раз до этого.<br>
- Здравствуй, Лора. Меня зовут Амелия и я твоя... - незнакомка, явно нервничавшая и подбиравшая аккуратно слова, снова подняла взгляд на Лорелай, медленно и неторопливо направляясь к ней, видимо решив постараться завязать знакомство, и, очевидно, тоже не раз проиграв их встречу в своём воображении.<br>
- Я знаю кто вы. И для вас я Лорелай. - девушка скрестила руки на груди, подсознательно желая отгородиться, совершенно невоспитанно и беспардонно перебив женщину, недоумевая, что же она забыла на их пороге спустя почти шестнадцать лет после своего побега. <br>
Лорелай и до этого видела фотографии Амелии на паре спрятанных отцом и не разорванных в клочья бабушкой фотографиях, но лишь при личной встрече, видя её перед собой на расстоянии всего пары метров, замечала сходства между ними, которые сейчас ей резали глаза - такая же ямочка на подбородке, такие же каштановые волосы, струящиеся вниз лёгкими волнами, такая же синь глаз. Пожалуй, если поставить их рядом, их родство было бы очевидно даже слепому. <br><br>

Женщина согласно кивнула головой, на миг поджав губы, признавая то, что у её дочери было полное право отреагировать на её появление подобным образом, и поспешила наконец объяснить причину своего визита, которую Лор слушала вполуха, терзаемая пожаром совершенно разнообразных чувств, полыхавшим внутри, в котором пока что главенствовало самое яркое - злость. В её сбивчивом объяснении про ошибки молодости и то, что ей казалось, что она не готова была стать матерью, сквозило такое количество жалких отговорок, что каждая из них, озвученная Амелией вслух, лишь заставляла сердце Лоры больше замерзать и грубеть.
- Надо же... Была не готова стать матерью в почти двадцать? - Лорелай склонила голову набок, разглядывая биологическую родительницу столь брезгливым, ледяным взглядом, словно та была лежалым, подпортившимся товаром на витрине, отмечая и то, что одета та была с иголочки в явно чертовски дорогую одежду, и замечая следы недавней подтяжки на лице, что ещё не до конца разгладились для максимального эффекта. Дела у её матери, очевидно, шли более чем прекрасно. - Странно, что это не остановило тебя от того, чтобы завести новых с этим твоим.... Ли, да? - Лора вскинула бровь, возвращая матери едкую, ядовитую усмешку, не без садистского удовольствия отмечая как та осеклась и отшатнулась, не ожидав, что брошенная ею в младенчестве дочь будет всецело в курсе её брака с одним преуспевающим сенатором от штата Огайо. Так же Амелии не было известно, что дочь нашла её в социальных сетях уже много лет назад, годами самоистязая себя тем, что просматривала фотографии с их семейных поездок, сопливые комментарии к ним и домашние видео, что публиковала как Амелия, так и пресс-отдел сенатора, заботившийся о его репутации на случай если он когда-либо будет метить в президенты. И уж тем более Амелии было не ведомо то, сколько рваных ран нанесли её счастливые фотографии с двумя сыновьями. Теми самыми, которых она всё-таки решила оставить, в отличии от Лоры.<br><br>

- Мне плевать, что тебе от нас нужно, миссис Амелия Крейн-Ли, и мне плевать что там ты хотела восстановить, понять, прояснить, или какой чёрт принёс тебя к нам на порог... - Лорелай делает шаг навстречу женщине, чувствуя, как некая пружина, годами сжимавшаяся внутри от горечи, гнева и обиды, готова распрямиться, подобно курку, запускающему летальную цепочку событий, заставляя незнакомку отступить назад под натиском, естественно не ожидав тёплого приёма, но явно не предвидев подобной реакции. - Ни я, ни отец никогда тебя не простим, и единственное, о чём жалею, это то, что ты не сдохла ещё тогда, когда папа говорил, что тебя нет. Всем бы было от этого только лучше.<br>
Прежде чем незнакомка успевает что-то ответить, Лора окидывает её последним взглядом, полным разочарования, и разворачивается, тем самым обозначая, что их разговор закончен. - Ты для меня мертва.<br><br>

Когда входная дверь дома закрывается за Лорой, она замирает на миг, закрывая глаза и пытаясь унять сердце, что вот-вот выпрыгнет через рот, и затем спотыкается от накатившего бессилия, падая на пол в коридоре, проваливаясь в некрасивую, беззвучную истерику от того, какой пласт боли и ненависти, обрушившийся на девушку девятым валом, всколыхнул этот визит. Лорелай и не слышит резкого свиста шин, когда Амелия садится в машину, едва сдерживая набегающие слёзы, и резко стартует прочь. Пожалуй, Лора добавила матери ещё тем, которые она могда бы обсудить с личным психотерапевтом, прорабатывая уже начавшее угасать чувство вины. <br>
А пока что, заботливые руки отца переносят Лору с пола в коридоре на мягкий диван в гостиной, убаюкивая и прижимая к себе, когда силы абсолютно покидают её после сокрушительной встречи. Кто-то из поэтов сказал, что шрамы напоминают ему жестокие поцелуи судьбы. Что-ж, в таком случае Амелия щедро исцеловала ими свою дочь.<br><br><br><hr><br>

<table><tr>
<td><img src="https://upforme.ru/uploads/0011/b8/a1/2/562282.gif"></td>
<td> <img src="https://upforme.ru/uploads/0011/b8/a1/2/756041.gif"></td>
</tr></table>
<font style="font-family:verdana; color:#5e719e"><center>БЫЛО ЛИ МОЕ МОЛЧАНИЕ НА САМОМ ДЕЛЕ БЕССЛОВНЫМ СОГЛАСИЕМ<br>ИЛИ ЖЕ БЫЛО КРИКОМ, КОТОРЫЙ НЕ ЗВУЧИТ?</center></font><br><br>

Лора постоянно чувствует на себе чей-то взгляд. Каждый момент своего дня: когда готовится к прыжку в воду, когда растягивается перед тренировкой в спортивном зале, когда бежит по плохо освещённым улицам города во время вечерней пробежки, сидит на скучнейшей лекции по истории Америки в лекционном зале или же обедает с одноклассницами в школьном кафетерии. Когда она рассказывает об этом Дэни, что держит её за руку и вырисовывает на ладони какие-то замысловатые узоры, но он лишь отмахивается и смеётся, говоря ей о том, что она "слишком мнительная", "Ой, Лор, ну вряд ли прям кто-то стал бы...". Из-за подобного пренебрежения её страхами, Лора вырывает свою руку из его ладони, сообщив своему бойфренду, что в таком случае, она будет мнительной где-нибудь в другом месте, и уходит домой, даже не попрощавшись с миссис Такер, чуть не сбив с ног тренера Такера на выходе.<br>
Дэниэлу требуется больше недели и с полсотни смс, чтобы вернуть благосклонность девушки, и он даже выдавливает из себя сносное подобие извинения, пообещав ей, что впредь будет сам лично провожать её из школы домой и по-возможности быть всегда рядом. От подобной перспективы девушка ещё больше не в восторге, потому как отец, кажется, только примирился с мыслью, что Лора уже не ребёнок и выросла, но вряд ли готов радостно принять тот факт, что её лучший друг детства перестал быть только другом, вопреки всем многочисленным предостережениям Шона. Всем друзьям и знакомым Лоры было доподлинно известно, что мистер Джефферсон отличный профессор, но невероятно строгий отец, а Мия и вовсе за глаза называла его драконом, намекая, что он всегда неусыпно охраняет башню, в которой заточена Лора.<br><br>
<center>✣ ✣ ✣</center><br>

- Я знаю, что Амалия к вам приходила. Шон мне сказал... - тренер выбирает не лучший момент для разговора, опираясь плечом о металлический шкафчик в раздевалке, когда Лора возвращается туда после изнуряющего заплыва, разматывая полотенце с мокрых волос, испуганно вздрагивая, услышав его голос не где-то за спиной в помещении бассейна, а так близко к себе.<br>
- Ты наверное поэтому сегодня и показала такой плохой результат - головой и мыслями ты явно где-то в другом месте... - дядя Том садится на скамейку, похлопав по ней рядом с собой своей тяжелой ладонью, и Джефферсон приходится сесть, понимая, что сейчас он разразится какой-нибудь очередной тирадой на тему того, что ей нужно быть лучшей версией себя, не сводить взгляда с цели, стараться превозмочь, перебороть, и остальную тренерскую муть подобного рода, без возможности оборвать мужчину на полуслове, ведь он заботится о ней на правах близкого друга отца и практически её дядюшки.<br>
- Я... - Лорелай пытается подобрать слова, чтобы уверить его в том, что всё "нормально", но тренер не даёт ей даже начать свою мысль, по-отечески приобняв её за плечи, и приободряюще улыбаясь.<br>
- Я верю, что ты справишься, девочка. Но я рядом, если ты захочешь об этом поговорить. Я понимаю, что в этой ситуации есть вещи, которые ты не можешь обсудить с папой... - Лора опускает глаза и кивает согласно, точно зная, что она не собираться обсуждать что-либо из подобного с ним, однако боится обидеть Томаса резким ответом, и потому, как и многие разы до этого, обтекает неприятную ситуацию подобно воде, предпочитая переждать.<br>
- Тренер, мне надо переодеться. - Томас словно вырывается из какого-то странного оцепенения, и бормочет себе под нос "ну да.. ну да..", встаёт и направляется к выходу из раздевалки, на миг застывая у входа и разворачиваясь на миг к девушке, чтобы сказать:
- Я рядом, Лора. Если я нужен - я рядом.  <br><br>
<center>✣ ✣ ✣</center><br>

- Ты так выросла, Лора... - пальцы тренера Такера касаются выбившейся прядки волос девушки, заботливо заправляя её за ухо небрежным жестом. Его глаза словно ощупывают лицо Лорелай, заставляя её чувствовать себя крайне неуютно, не зная каким бы образом увеличить дистанцию на небольшом зелёном вельветовом диване в его гостиной, сохраняя уважительность и почтительность к лучшему другу отца. От дяди Тома пахнет выпивкой и немного мускусом пота, и он необычно долго задерживается рядом, спрашивая её о каких-то совершенно не важных и не интересных мелочах, пока в комнате не появляется миссис Такер, вынося им миску, доверху заполненную чипсами, ставя её на стол, рядом с которой тут же появляется баночка с гуакамоле.<br>
- Покушай, милая.. А то я же знаю, как мой муж вас там гоняет, в бассейне то... - её голос сегодня звучит почему-то особенно звонко, а материнская улыбка на губах не блекнет ни на миг, заставляя Лору всегда чувствовать себя так, словно Мисси считает и её ещё одним своим ребёнком, даже не смотря на то, что она знает, что Лора теперь девушка её сына. И даже знает, что ей стоит помалкивать на эту тему в присутствии Шона, чтобы не нервировать отца лишний раз. - Дэни, вон, целую индейку сразу может после тренировки заточить. А тебя, кажется, отец и вовсе не кормит... - она цокает недовольно языком и качает головой, предвкушая как снова будет напоминать Джефферсону, что он не слишком старательно выполняет свой отеческий долг, попутно пытаясь пригласить Джефферсонов на очередной воскресный ужин или сватая ему пакет своих домашних сырных пирогов.<br>
- Всё хорошо, миссис Такер, у меня просто быстрый метаболизм. Папа хорошо меня кормит, пожалуй даже слишком. - Лора улыбается Мисси совершенно искренне, вежливо выуживая из миски перед собой самодельную картофельную чипсину и окунает её в домашний гуакамоле - в доме Такеров не бывает полуфабрикатов или готовой покупной еды. Мисси Такер гордится этим, и тем, что за долгие годы знакомства так же научила Лору готовить, поспособствовав тому, что количество пищевых отравлений в их доме снизилось до нуля. Мистер Такер, услышав ответ Лоры, лишь усмехается в ответ, запуская в миску с чипсами всю пятерню, и отвечает жене:<br>
- Наша Лора скромничает, как и всегда. <br><br>
<center>✣ ✣ ✣</center><br>

- Ты знаешь, что мы тебе всегда рады, Ло? - Тренер никогда не сокращал её имя на тот же манер, которым иногда пользовался отец, и это почему-то неприятно царапнуло по сердцу. Рука тренера, который в этот раз подвозил её домой после тренировки, пока отец Лоры отлучился по делам, скользнула на её руку, безвольно лежавшую на коленях, и сжала её пальцы так, что подушечки его собственных пальцев скользнули по оголённой сливочной коже бедра и даже немного задрали юбку школьной формы вверх. Лёгкое движение, которое можно было вполне принять за случайность, если бы не странный взгляд его карих глаз, который в первый раз для Лоры показался маслянисто-тёмным и хищным, заставляя холодную с скользкую змею отвращения и страха свернуться в её желудке. Лора подняла взгляд с его руки на лицо, пытаясь понять, что Томас Такер хочет этим сказать, на что мужчина лишь помедлил, задержав свою руку на руке девушки, словно и не подумав о том, сколь двусмысленно выглядит со стороны, пусть свидетелей тому и не было.<br>
- Ты очень красивая... Дэни с тобой повезло. - подобный комментарий, прозвучи он из уст миссис Такер, воспринимался бы совершенно иначе, менее неуместно и неуютно, а потому Лора аккуратно высвободила руку из его хватки, открывая двери машины с пассажирской стороны, и с лёгкой, всё ещё чертовски вежливой улыбкой, ответила:<br>
- Хотела бы я сказать, что мне с ним тоже, дядя Том, но мы расстались на той неделе. Можете спросить у него про Джессику Хорн. Уверен, ему будет что рассказать о ней интересного. Хорошего вам дня!<br>
Мужчина потянулся корпусом к Лоре, планируя ей что-то сказать, прежде чем она захлопнула дверь машины, как в это время к дому подъехал отцовский внедорожник. Вместо комментария, тренер c натужной улыбкой, словно ни в чём не бывало, помахал Шону рукой, и вышел из машины, чтобы пожать другу руку и перекинуться с ним парой слов. В дом Лора зашла уже под негромкий смех мужчин, которые что-то оживлённо обсуждали на улице. <br><br><br><hr><br>

<table><tr>
<td><img src="https://upforme.ru/uploads/0011/b8/a1/2/328992.gif"></td>
<td> <img src="https://upforme.ru/uploads/0011/b8/a1/2/105937.gif"></td>
</tr></table>
<font style="font-family:verdana; color:#5e719e"><center>СКАЖИ МНЕ, ДОРОГАЯ, ТЫ БЫ ВСЕ ЕЩЕ ЛЮБИЛА МЕНЯ, ЕСЛИ БЫ Я РАССКАЗАЛ<br>
ТЕБЕ О МОНСТРАХ, КОТОРЫХ МНЕ НУЖНО УБАЮКИВАТЬ КАЖДУЮ НОЧЬ?</center></font><br><br>

От ощущения наглых и грубых губ и языка Такера-старшего на своих губах, и незримого, болезненного следа от его беспардонных мозолистых рук на своём теле, которое он обшаривал с таким напором и жадностью, Лору в который раз за неделю тошнит, возвращая назад и без того с трудом в себя затолканный завтрак. Она вытирает губы тыльной стороной ладони, едва ощутимо дрожа всем телом, прилагает невероятные усилия, чтобы подняться с холодного кафеля пола, пошатываясь от не вовремя накатившей волны бессилия. Сквозь шум ледяной воды, которой она пытается умыть своё бледное лицо и привести себя в чувство, Лорелай слышит настороженный, но настойчивый стук в дверь.<br>
- Лор, у тебя там всё хорошо? - голос отца звучит металлически-напряжённо, подобно натянутой струне, готовой вот-вот лопнуть, и Ло закрывает на миг глаза, чтобы собраться с силами, перед ответом. Ей хочется рассказать обо всём Шону, разрыдаться в его сильных руках, почувствовав себя в снова в безопасности, впервые за долгое время, но отвращение к себе и своему телу, оскверненому чужими прикосновениями и собственным безвольным оцепенением, принятым мужчиной за согласие, лишь растёт, пенится и ядом вырывается за пределы грудной клетки, убивает любой росток подобной зарождающейся мысли - поделиться этой постыдной тайной с кем-то, и уж тем более с любимым отцом. Лоре кажется, что если она расскажет ему о том, какое именно внимание проявляет его лучший друг к его дочери, то Такер с лёгкостью парирует подобное обвинение тем, что "Лора себе что-то придумала", будет апеллировать к многолетней дружбе, своей безупречной репутации семьянина и столпа американского общества, а её ощущения, страхи и чувства никто не примет всерьёз, потому что "мало ли что там ей показалось", ведь доказательств у неё нет, да насилия, как такового, ещё не было. И больше всего Лора боится, что после этого то же самое удушающее и неизбежное отвращение, что пустило свои сорняки в Лоре, появится и в улыбчивых голубых глазах отца. А уж этого она уже не сможет вынести.<br>
- Да, пап.. Сьела что-то не то, видимо. Я скоро выйду... - Лора утирает слёзы, скопившиеся в уголках раскрасневшихся глаз, и избегает смотреть на своё отражение в зеркале, пытаясь отдышаться и унять своё гулко колотящееся сердце, чувствуя как очередной день неизбежной встречи со своим мучителем вот-вот начнётся. От мысли, что она в который раз окажется в его власти, стоит только начаться тренировке, у неё кружится голова, и она точно знает, что наверняка услышит в очередной раз деловое и безразличное для постороннего слуха "Мисс Джефферсон, вас я попрошу задержаться".<br><br>

Когда Лора выходит из ванной, отец стоит на кухне, оперевшись о барную стойку бёдрами и сосредоточенно скрестив на груди руки. Его взгляд, словно хирургический скальпель, скользит по дочери, вскрывая все слои "обмана" - и неумело наложенный тональный крем, призванный скрыть синяки под глазами, появившиеся от недосыпов вызванных кошмарами, и необычную бледность кожи, делающей Лору, и без того не отличавшуюся загорелым цветом лица, и вовсе похожей на живой труп.<br>
- Иди сюда, Ло.. - когда девочка подходит, тяжёлая ладонь отца ложится на лоб, а его брови тут же встречаются у недовольной складки, озадаченное и напряженно залёгшей между ними. <br>
- Видимо ты и правда подхватила какой-то вирус. В школу ты сегодня не идёшь, так что возвращайся в постель. - облегчение проступает на лице девушки, когда остриё того топора, что уже лизал её шею своим наточенным металлом неизбежности встречи с мистером Такером, отступает. Она лишь сдержано кивает, бросая на отца благодарный взгляд исподлобья, и возвращается в свою комнату, переодеваясь из школьной формы в домашнюю одежду. Когда отец снова заходит в комнату, в его руке зажат стакан с белёсой жидкостью, который он протягивает Лоре.<br>
- Оно горчит, так что лучше выпей весь стакан залпом. - спорить с отцом бесполезно, да и у девушки нет на это сил, поэтому Ло выпивает лекарство, морщаясь от его неприятного вкуса на языке, не успевая запротестовать, когда отец забирает её ноутбук с колен. - Сегодня день отдыха. От лекарства ты скоро захочешь спать, но оно поможет с твоим... вирусом. Так что без возражений - спать, юная леди.<br>
И, когда дверь за ним закрывается, Лора и правда чувствует некую тяжесть в теле, словно оно больше не принадлежит ей, а комната медленно начинает бледнеть и плыть, погружая её в сладкое забытие, в котором лишь несколькими вспышками, она видит лицо отца, принесшего ей очередную порцию лекарства, и ощущает смазанное тепло его пальцев, ласкающих её скулу и лоб, когда после выпитого стакана, она снова погружается в сладкий, неестественный, притягательный мрак.<br><br>
<center>✣ ✣ ✣</center><br>

Лора приходит в себя спустя несколько дней. На телефоне с десяток пропущенных от Дэни, Мии и миссис Такер. Лора устало трёт глаза, обнаруживая, что проспала почти два с половиной дня, и, пошатываясь и придерживаясь за стенки коридора, изнывая от голода, идёт на кухню, где обнаруживает отца, готовящего на завтрак свои фирменные оладья с кленовым сиропом, что-то едва слышно напевая себе под нос. <br>
Когда Лора появляется на кухне рядом с ним, он с широкой улыбкой ставит перед ней тарелку с целой горкой воздушных, словно появившихся из рекламы, оладьев, и мягко треплет её по волосам.<br>
- Я уж думал ты не встанешь, мисс соня. - на тарелку с оладъями выливается густой сироп янтарного цвета, как раз поверху сахарной пудры с ванилью, что минутой ранее, словно первая изморозь, покрыла оладья, и ставит кружку аппетитно дымящегося чая.<br>
- Да, я как-то... не рассчитала... - Лора обхватывает горячую кружку тонкими пальцами и делает первый глоток чая, замирая на миг, обжигая язык и улавливая краем уха слова Карэн Уоттс, местного диктора новостей, которая делясь новостями Цинциннати, напоминает, что любой, кто располагает информацией о местонахождении мистера Томаса Такера, должен сообщить об этом в студию. Джефферсон резко оборачивается к телевизору, и видит в нижней части экрана фотографию своего тренера, рядом с которой типографским приговором стоит фраза "Пропал без вести".<br>
Лора шокированно переводит взгляд на отца, где-то в глубине души чувствуя невероятное облегчение, и мистер Джефферсон пожимает плечами, отвечая на немой вопрос дочери:<br>
- Никто не знает, куда пропал Том, Ло. Мисси говорит, что он не пришёл домой в среду после тренировки, а наутро они обратились в полицию.<br>
Теперь Лоре ясно, отчего на её телефоне столько пропущенных звонков.<br><br><br><hr><br>

<table><tr>
<td><img src="https://upforme.ru/uploads/0011/b8/a1/2/61951.gif"></td>
<td> <img src="https://upforme.ru/uploads/0011/b8/a1/2/813155.gif"></td>
</tr></table>
<font style="font-family:verdana; color:#5e719e"><center>НИЧТО НЕ ЗАКАНЧИВАЕТСЯ ПОЭТИЧНО. ПРИХОДИТ КОНЕЦ, И МЫ ПРЕВРАЩАЕМ ЕГО В ПОЭЗИЮ.<br>КРОВЬ ПРОШЛОГО НЕ БЫЛА КРАСИВОЙ, ОНА БЫЛА ПРОСТО КРАСНОЙ.</center></font><br><br>

Свою пачку объявлений о пропаже, распечатанных безутешной женой тренера, Лора не без садистского удовольствия засовывает в мусорник у Уолмарта, прикрывая их от чужих взглядов покрытым жирными пятнами бумажным пакетом из Макдональдса, чувствуя, как появляется неприятный холодок в теле от его взгляда даже на напечатанной на принтерной бумаге фотографии. Она брезгливо вытирает руки, и отходит в сторону автобусной остановки, воровато оглядываясь по сторонам, надеясь что её маленький акт неповиновения прошёл незамеченным. Ей было бы сложно объяснить случайному свидетелю свой поступок, не вдаваясь в подробности её отношений со "всеобщим любимцем, мужем и отцом, образцовым членом общества" по словам директора школы, и вряд ли кто-то бы разделил её мнение о том, каким человеком был её тренер. Когда на экране мобильного высвечивается имя Дэни, Лора медлит, прежде чем ответить, и лишь после тяжелого вздоха, когда бывший бойфренд не сбрасывает звонок, нехотя поднимает трубку. Пожелания и предложения Такера-младшего просты и незамысоваты, но Лора качает головой, молниеносно выискивая себе оправдание:<br>
- Я была бы рада к вам зайти, Дэн, но лучше в другой раз. Я только закончила с объявлениями и сейчас слишком устала и расстроена всем этим, чтобы ехать к вам в гости, прости. - Дэниэл не настаивает, позволяя "рыбке сорваться с крючка", а Лора понимает, что она, кажется, научилась мастерски лгать.<br><br>
<center>✣ ✣ ✣</center><br>

Со времени его пропажи прошло больше четырёх месяцев, и Лора постепенно начала чувствовать себя лучше, а тягостное ощущение, что тренер вот-вот найдётся и снова вернётся в её жизнь, стало таять. Более того, с каждым прошедшим днём Мисси Такер всё больше и больше теряла надежду на возвращение мужа, угасая на глазах совершенно разбитого сына, а внутри у Лоры не было ни грамма сочувствия ни бывшему бойфренду, ни тёте Мисси, пусть перед ними и приходилось изображать грусть и сочувствие, скрывая от них своё ликование.<br><br>

К счастью, эту пытку фальшью прекратил отец Лоры, поддерживавший семью Такеров с самого начала на правах друга семьи и даже возглавивший поиски своего друга, помогая в расследовании как полиции, так и тому желторотику из ФБР, присланному в Цинцинатти "посмотреть на дело с другого угла". <br>
Совершенно будничным тоном Шон Джефферсон объявил ошарашенной Лоре и Такерам, о том, что они с дочерью планируют перебраться обратно в Нью Йорк, что для Лоры стало приятным сюрпризом. Официальным поводом для переезда стали отличная работа, которую мистер Джефферсон получил благодаря своим талантам, и тот факт, что меньше чем через год Лора планировала поступать в Колумбийский Университет, а потому ей было нужно обжиться на новом месте, ведь отец предусмотрительно купил квартиру поближе к кампусу, чтобы единственной дочери не пришлось жить в общежитии. Узнав о его плане, Лорелай с предвкушением ждала момента, когда сможет наконец выбраться из этого тягучего и безысходного болота под названием "Цинциннати", наконец расправив крылья в городе американской мечты.<br><br><br><br>
<ple><audio src="https://forumstatic.ru/files/0011/b8/a1/51158.mp3" controls="" style="width: 560px; height: 12px; margin-top: 5px; margin-left: 45px;"></audio></ple><br>
<font style="font-family:verdana; color:#80828a"><center><br>I FEEL SO NAKED, STANDING ON THE SHORE, ARE YOU SURE?<br>
NOTHING'S OUT THERE, NOTHING ELSE NO MORE, NO MORE<br></center></font>[/html]