Лорензо:
*устроился сзади, обхватил ладонями любимые бёдра и медленно повёл языком от самого клитора, по нижним губам и к следующему входу, обведя который по кругу, оторвался на мгновение и вновь начал скользить языком по той же самой траектории*

Лорензо:
*в следующий раз остановился надольше на любимых губах, чуть раздвинул их языком, нырнув на мгновение вглубь, и вновь продолжил скользить выше*

Лилиан:
*расставила ноги шире, чувствуя дыхание любовника на своём самом сокровенном и чувствительном местечке на теле, и подалась бёдрами ему навстречу* Как же вам это нравится....

Лорензо:
You have no idea *обхватил на мгновение губами клитор, чуть пососал, скользнул языком выше, по нежным чувствительным лепесткам и в этот раз задержался у следующего входа, несколько раз обведя его по кругу и наконец толкнувшись самым кончиком внутрь, прежде чем снова начать повторять всё сначала* Не отвлекайтесь, май лав, вы сегодня занимаетесь анкетой.
о, боюсь, что как только вы встали передо мной на колени и стянули мои трусики вниз, ни о какой анкете не может быть и речи. И сегодня я хочу сначала ваш язык, а затем и член в своей попке.

Лилиан:
о, боюсь, что как только вы встали передо мной на колени и стянули мои трусики вниз, ни о какой анкете не может быть и речи. И сегодня я хочу сначала ваш язык, а затем и член в своей попке.

Лорензо:
yes, my fucking goddess *ещё раз скользнул языком вокруг клитора, чуть пощекотал его, погладил им нижние губы и стал по всё более сужающейся спирали вновь постепенно подбираться ко второму входу* may i use my fingers for your clit while i'm doing this, mistress?

Лилиан:
Oh, yes, you may. You need to make sure your mistress is very wet and well relaxed, as well as stretched, love... *запускает пальцы в волосы мужчины, сжимая их у корней* And I want you to tonguefuck me before you will start stretching my tight ass

Лорензо:
thank you, mistress *довольно выдохнул, вновь чуть пощекотал языком клитор и наконец проскользнул им в любимые губы, с наслаждением раскрывая их им, толкаясь как можно глубже, приникая к ним своими в самом сладком и порочном поцелуе, жадно скользя по стенкам, собирая драгоценный нектар и наконец начиная совершать языком весьма характерные движения, одновременно чуть вертя головой и потирая кончиком носа самый чувствительный комочек плоти. чёрт. это точно самое лучшее занятие на земле*

Лилиан:
*вертит бёдрами, то ли дразня Лорензо, то ли пытаясь усилить ощущения, попутно пачкая лицо своего любовника в своих соках, выдыхая раз за разом всё громче, чувствуя как смазка струится по ногам, знаменуя невероятное возбуждение, что дарит ей умелый язык, нос и даже горячее дыхание, смешанное с рваным дыханием вампира между её ног* Oh, you're so good in this, love...

Лорензо:
M-m *стон выдыхается прямо в губы, такие сладкие, такие сейчас влажные, вибрация от языка передаётся к чувствительным стенкам, вдоль которых так хочется занырнуть ещё хоть чуточку глубже, и, кажется, после того, как она после нескольких движений устроилась у него на лице ещё удобнее, он-таки смог это всё же сделать, ещё плотнее вдавливаясь теперь носом и двигая языком уже буквально на вампирской скорости, стараясь погладить, потереть им и полизать везде, куда только достанет, то собирая его и поджимая для более точных и уверенных касаний, то вновь распластывая и таким образом растягивая в стороны её нежные стенки. Сладкий нектар продолжал стекать по его лицу, будя в нём какую-то странную жадность: прямо сейчас он как будто бы мечтал проверить, сколько ещё он может его получить из этих заветных глубин, как сильно он может заставить её течь, сколько ещё драгоценного угощения у неё для него припасено*

Лилиан:
*кусает свои губы, прокусывая до крови, чтобы не сорваться на крики, отдаваясь во власть оргазма от умелых ласк языка, выгибаясь в пояснице и вжимаясь своим естеством в лицо любовника, закрыв глаза и почти беззвучно шепча его имя, прерываемое сорванным, хриплым дыханием, из последних пытаясь удержать равновесие, пока ноги дрожат от оргазма, собирая остатки сил, чтобы не рухнуть вниз, содрогаясь вокруг языка мужчины, выстанывая жалобный, протяжный стон, когда он не сбавил темпа до последней пульсации сладкого лона* You're the devil, my love...

Лорензо:
The perfect match for the goddess, love? *усмехается, поднимается на ноги, приникает к губам, делясь таким прекрасным и порочным вкусом, чувствуя, как к нему примешивается ещё один, такой же пьянящий* Sorry, love, but I think you need to lie down just not to fall down during the next round. *хрипло усмехается и совершенно бессовестно подхватывает на руки, чтобы отнести свою богиню на кровать и бережно уложить на подушки, быстро подкладывая ещё одну прямо под низ её живота* Oh, it's so beautiful view, my goddess. *восхищённо выдыхает, заворожённо наблюдая, как смазка всё ещё продолжает стекать, и не только по ногам* I will die for it, I swear. *даже задерживает дыхание, чтобы своим вампирским слухом всё же сейчас различить, с каким едва-едва уловимым звуком прозрачная смазка всё ещё продолжала сочиться. В конце концов не выдерживает и вновь ведёт языком по так и манящих его влажным губам. Обводит кончиком языка клитор. Вновь поднимается выше, доходит до плотного колечка мышц и возвращается обратно. Облизывает свои пальцы, заныривает ими между губ, достаёт ещё больше капающего прямо на восхитительные ягодицы нектара, жадно слизывает, вбирая в рот пальцы до самого основания, ещё раз окунает их между складок и ведёт на этот раз ими к клитору, размазывая по нему ещё больше ароматной влаги и с трудом удерживая себя от того, чтобы не прильнуть к нему губами. Но если он это сделает, он так и не сможет перейти ко второй части своего задания. Так что, продолжив массировать пальцами клитор, губами он приникает к практически не изученному им ещё входу, нетерпеливо выцеловывая кожу вокруг и наконец пробуя протолкнуть кончик языка внутрь. Ещё раз ведёт им по кругу, прерывается, чтобы оставить короткий нежный поцелуй по очереди на каждой ягодице, прокладывает очередную дорожку от уголка нижних губ к самому второму входу и снова с напором пробует протолкнуться внутрь. Прикладывает к этому действию ещё больше сил и наконец позволяет чувствительным стенкам плотно обхватить его язык, очень плотно, они как будто бы хотят вытолкнуть его наружу, и у них это почти получается, но в последний момент он с ещё большим напором толкается внутрь, погружаясь ещё глубже и замирая, давая привыкнуть*

Лилиан:
*Лили не сопротивляется своевольности любовника, не в силах даже обхватить его за шею после оргазма, покрытая тысячей мурашек удовольствия, и всё же, где-то внутри сидит предвкушение того, что проследует дальше, ведь Лили точно решила, что распробует сама и даст распробовать Лорензо себя совершенно всеми способами, доступными им двоим, и потому приподнимает бёдра, когда любовник заботливо подкладывает под них одну из подушек, и выдыхает, резко распахивая глаза, когда он спустя лёгкую ласку уже изученной вдоль и поперёк киски приступает к основному блюду этого вечера, вторгаясь языком туда, куда Лили раньше не пускала его даже в своих мыслях и фантазиях. Она тут же комкает простынь, чувствуя как краска смущения заливает её лицо, ведь одно дело говорить об этом с любовником, и совершенно другое, когда его язык уже по свойски вторгается в неё сзади, заставляя позвоночник плавиться от удовольствия, пока мышцы её тела напряжены, кажется до звона, а упрямый сфинктр никак не хочет расслабляться под натиском наглого, юркого и чертовски длинного, умелого языка* Oh, Lorenzo...

Лорензо:
Shh... shh... *выдыхает он успокаивающе, вновь аккуратно выскальзывая языком и теперь лишь мягко поглаживая им ягодицы, вырисовая на каждой своё «I ♡ U» и нежно целуя, пока его пальцы всё так же дразнят и играют с клитором, уже удобно расположившись между ею самой и подушкой. Для чего же, пожалуй, запретное действие они сейчас совершают по меркам благородной леди из XIX столетия, но ведь любой леди нужно получать удовольствие, в какой бы строгости её ни воспитывали* M-m... *покружив вокруг, его язык вновь пытается проникнуть внутрь, аккуратно щекочет вход и наконец всё-таки толкается глубже. Может быть, попробовать кого-то отвлечь? Например, пальцем в гораздо более привычном для неё месте? Всё ещё бережно потирая чувствительную горошину просунутой под живот рукой, второй Лорензо аккуратно поглаживает нежные нижние губы, чуть раздвигает их, успев уже собрать пальцем влагу и легко проскальзывает им внутрь, тут же находя самую чувствительную область и начиная с особой настойчивостью её гладить, пока язык сзади всё ещё пытается протолкнуться чуть глубже, и ещё, и ещё чуть-чуть*

Лилиан:
*Лили опускает голову, позволяя тёмным волосам соскользнуть вниз, закрывая её стыдливо и алчно одновременно пылающее лицо от мира, словно порочная вуаль, и она лишь выше поднимает бёдра, позволяя мужчине ласкать её сразу везде, отираясь болезненно напряжёнными сосками о шёлк постельного белья, выдыхая стон за стоном уже громче, постепенно расслабляясь и позволяя как наглым пальцам дразнить сладострастную точку внутри себя, так и насаживать на постепенно расслабляющееся колечко на язык, едва заметно начав двигаться бёдрами навстречу его языку, хрипло выстанывая, словно прося о большем, позволяя своему любовнику ласкать себя самым бесстыдным образом, наслаждаясь их грехопадением* I want you, love... I want you so bad... *Лили не торопит Лорензо, привыкая к его присутствию внутри, но ощущая как алчный цветок порока начинает требовать куда большего, и подняв голову, поворачивает её, кидая полный тягучей похоти взгляд на вампира, отмечая в холодной поверхности зеркала дамского столика его собственное возбуждение, втягивая носом воздух, отчётливо улавливая в нём яркую мускусную ноту его вожделения, все ещё не утолённого и лишь набирающего силу*

Лорензо:
M-m... *раздалось очередное довольное, когда его язык всё же пропустили чуть глубже, позволяя наслаждаться доселе неизведаннным, но таким восхитительным и чертовски пьянящим вкусом. Он не мог озвучить ответное признание, зато его язык изо всех сил старался их продемонстрировать — тем, с каким упоением и страстью он сейчас вылизывал буквально каждый доступный ему миллиметр* M-m... *его язык вновь завибрировал, передавая эту вибрацию так плотно обхватывавшим его стенкам, а к его пальцу за тончайшей перегородкой присоединился ещё и второй, всё настойчивее имея сейчас эту женщину куда более привычным для неё образом
И, насаживаясь на его пальцы, она невольно при каждом движении пропускала всё глубже и его язык, который, кажется, наконец-то то мог делать именно то, о чём она и говорила — иметь её сзади, всё более резко, настойчиво, толчками, заходя на всю свою, пусть и не такую большую, глубину, с каждым разом всё более решительно врываясь внутрь, заставляя чувствительные стенки запоминать это положение, когда между ними что-то находится, привыкать к нему, расслабляться, убеждаясь, что никто не собирается причинять им боль, только наслаждение от влажного, горячего, скользящего между ними языка*

Лилиан:
*Лили заметно расслабляется, позволяя языку мужчины ласкать её в нетерпеливом темпе, заставляя и её чувствовать это нетерпение, вскидывая бёдра ему навстречу, потихоньку начиная чувствовать, что одного языка ей становится мало. Лилиан выгибается, заводя руку за спину, и подцепляет тёмные волосы бледными пальцами, заставляя Лорензо оторваться от этого упоительного занятия, и тянет его на себя, вынуждая подняться и прильнуть к ней со спины всем телом, ощущая чертовское волнение, когда мокрая головка проходится по нежным губам трепещущего лона, и сминает его губы в поцелуе, отираясь о его пах своей попкой, чувствуя как внизу живота похоть сворачивается в тугой клубок. Она сама обхватывает его плоть и приставляет её ко входу в попку, позволяя ей погрузиться немного внутрь и выдыхая болезненно-сладкий поцелуй ему в рот, пытаясь второй рукой нашарить смазку, купленную ею ранее в магазине, заставившую женщину отчаянно краснеть перед глазами молодой девочки-продавца. Когда заветный тюбик находится, Лили вскрывает его одним движением нечаянно отрывая его верхушку, и заставляя достаточно большому количеству смазки вылиться на собственные пальцы, которые затем проходятся по члену любимого мужчины, заставляя его блестеть теперь уже от смазки, больше лаская, чем смазывая, забавляясь и играясь. Пусть у Лили и нет в этом практического опыта, но уж теоретическую часть вопроса она успела изучить в этом странном интранете, что ей показали дети ранее.  Когда ей кажется, что желание становится совсем невыносимым, она проводит пальцами по своему колечку, растирая по нему смазку и отмечая как от языка любовника оно расслаблено, и оторвавшись от губ мужчины, выдыхает в губы просьбу* Take me, Lorenzo. I want to be yours..

Лорензо:
M-m... *довольно урчит он, так внезапно оторванный от своего занятия, но зато одаренный таким восхитительным поцелуем. Его губы сползают ниже, скользят за ушко, перемещаются на плечо, где оставляют нежный успокаивающий поцелуй. Хотя успокаивать тут, пожалуй, следовало именно его, его женщина абсолютно решительна и уверенна, а вот он слишком боится причинить ей хоть малейшую боль и совсем не торопится приступать к тому, на что она так отчаянно намекает. Он вообще уже в шаге от того, чтобы предложить ей пойти попить чай, в конце концов сейчас как раз 5 o'clock... ну, как минимум, в каком-то часов поясе, потому что сам-то он уже давно потерялся во времени, так вот, самое время для традиционного чаепития, а вовсе не для того, о чём аристократке из XIX века даже и думать не положено* I love you, love you from head to toe. *повторяет он, вновь нежно целуя в основнание шеи и потянувшись, чтобы взять рукой, которой пришлось всё же выскользнуть из одного очень тёплого и уютного места, её ладонь в свою и поднести к собственным губам: пусть toes он сейчас поцеловать и не мог, но вот fingers... Каждый, по одному. Впрочем, это действие служило сейчас лишь обманкой: ведь так, со своей рукой у его губ, она не может больше контролировать происходящее. Быстро отпустив её ладонь и набрав ещё смазки себе в руку — благо из сломанного тюбика это было легко делать и одной рукой — и размазав ту по своим пальцам, Лорензо аккуратно проталкивает один палец внутрь. Кто-то тут хотел чего-то более крупного? Когда даже палец проталкивается не то чтобы легко?* M-m... *он снова приникает к её губам поцелуем, пока оттуда не успело последовать новое возражение, и не торопясь растягивает её одним пальцем, плавно скользя им вперёд и назад. И ещё. И ещё. Может хоть язык ему откусить, но он не станет действовать более быстро. После явно длительных мучений... к одному пальцу наконец присоединяется второй и мучение продолжается. Мучение, подслащенное тем, что Лорензо специально прокусывает свой язык, чтобы тут же протолкнуть его в рот Лили, напоить её щедро льющейся кровью. Пусть отвлечётся. Если сможет. Никто не обещал, что будет легко* M-m... *пальцы как будто выскальзывают, собираясь уступить место чему-то другому, но нет, он не считает, что она готова. Или на самом деле это он не готов? Не важно. Она не получит так быстро желаемое. Может его потом хоть удушить. Но он должен быть уверен, что не сделает больно. Его пальцы на другой руке всё ещё продолжают терзать клитор, действуют всё более решительно, отчаянно. Как будто бы надеясь, что так эта женщина забудет, для чего они здесь вообще собрались* I love you you. *выдыхает наконец Лорензо, отпуская её губы и убирая сзади пальцы* Haven't you still changed your mind? *выдыхает он прямо над её ухом, готовый сейчас абсолютно к любой расплате за своё промедление, и наконец приставляет головку к её входу, запретному, желанному, невозможному — точно не для порядочной женщины из её времени, — и наконец слабо толкается внутрь*

Лилиан:
*Лилиан улыбается, чувствуя как в компанию к змее желания, свернувшейся тугим, чувственным клубком внизу живота, добавляется нечто новое, теплом и нежностью расцветающее в груди от деликатной заботы любовника, от его мягких движений сначала одного, а затем и двух пальцев в тесном и узком пространстве её самого запретного, даря целый ворох новых ощущений, по-началу чуть дискомфортных и немного болезненных, пусть признаться Лорензо в этом Лили и не сможет, и затем уже совершенно других, жарких и тягучих, задевая те чувствительные части, о существовании которых в своей анатомии Лилиан даже не подозревала пару недель назад. Его кровь на собственном языке заставляет все чувства обостриться, и вампирша делает её глоток, чувствуя как пьянит металлический привкус его крови, заставляя всё её существо словно встрепенуться, забыв на миг как искажается её лицо в хищном оскале, и как чёрная сетка вен залегает под глазами, заставляя её удержаться от того, чтобы не прокусить ещё и губу мужчины, желая получить больше, чем он планировал ей дать. Когда поцелуй, столь порочный и невинный одновременно, в сравнении со всем остальным, что делает его тело с Лили, наконец прекращается, её голова уже вовсю кружится от противоречивых ощущений, заставляя её чувствовать себя так, словно она баллансирует на грани реальности и некоего мучительного сна, терзающего её противоречивыми желаниями. И всё же, её решительность, родившаяся в ней ещё в начале этого вечера, никуда не отступает. Лилиан хочет полностью и без остатка принадлежать своему мужчине, растворясь в его любви и страсти, чувствуя лопатками как безумно взволнованно бьётся его сердце, пусть движения пальцев и губ совершенно расслаблены, не выдавая никак иначе его волнение* I have not changed it, my love. I want to be yours. Now and forever. *Лили на миг напрягается, чувствуя, как пока что ещё нехотя подаётся медленному и уверенному напору её зад, и, выдохнув, заставляет себя расслабиться, чувствуя совершенно необычные ощущения, одновременно приятные и дискомфортные, будоражащие своей порочностью похлеще даже первого укуса своей жертвы после долгого голодания, и сжимает пальцами бедро мужчины, не позволяя ему двигаться, вынуждая замереть внутри. Лили дышит мелкими, поверхностными вдохами и выдохами, на миг забыв все инструкции, вычитанные ранее, и инстинктивно сжимается вокруг плоти мужчины, сжимая его своими стенками попки так, что у него не получилось бы выскользнуть из неё даже если бы он захотел, и, сжав свои зубы на миг, превозмогая собственное тело, противящееся подобному соитию, начинает сама двигаться вперёд, позволяя плоти выскользнуть почти наполовину, и затем назад, снова принимая рельефный член в себя, выдыхая уже потрясённо от того, что болезненные ощущения сменяются невероятным удовольствием от подобного проникновения, усиленные тем, что Лилиан точно знает, что теперь принадлежит ему так же, как он принадлежит ей - дотла*

Лорензо:
I love you... *выдыхает он ещё раз хрипло и послушно замирает, когда её рука его повелительно сжимает. Он бы вообще сейчас с удовольствием встал бы и сделал вид, что ничего такого не происходило и они не планировали на этот вечер ничего, кроме самого банального чаепития, но это же Лилиан Сальваторе, разве может она хоть что-нибудь не довести до конца, если уже всё решила? То, как плотно его сжимают её стенки, пожалуй, заставило бы его уже давно кончить абсолютно в любой другой ситуации, но не в той, когда он понятия не имеет, что она сейчас ощущает, и прекрасно знает, что она никогда ему в этом всём не сознается. Пожалуй, в упрямстве они бы точно могли друг с другом посоперничать. В какой-то момент в его сознании даже мелькает крамольная мысль попытаться проникнуть в её мысли, но только что это даст? Он всё равно не сможет убедить её, что любит её и без всех этих вещей, о которых она вычитала на каких-то явно странных сайтах, а вот подобную попытку уже психологического насилия она ему вряд ли когда-то простит. У него нет никакого выхода, кроме как подчиниться её даже не озвученному приказу* You're so beautiful. *эмоции на её лице едва ли поддавались сейчас расшифровке, ещё и сменяющиеся с такой бешеной скоростью, но с каждой из них она выглядела абсолютной богиней, неумолимо прекрасной и совершенной. Он не решается двигать бёдрами, по-прежнему позволяя ей самой выбирать темп, что, пожалуй, было и к лучшему, потому что в этой ситуации он бы скорее двигался не навстречу, а в обратную сторону, лишь бы не причинить ей ненароком боль, зато его рука то и дело бережно поправляет её волосы, и нежно поглаживает по спине, пока пальцы второй всё ещё ласкают клитор, будто бы надеясь, что приятные ощущения хотя бы в одном месте смогут перекрыть всё остальное, а губы то и дело скользят от лица к шее, плечу и обратно, мягко касаясь покрытой как будто бы капельками росы от напряжения кожи и напоминая, что он здесь, что он любит её и не требует от неё никаких жертв, которые она зачем-то пытается ему принести. Она и так ему дала уже гораздо больше, чем он заслужил и чем смел когда-либо мечтать*

Лилиан:
*Лили заводит свою руку за голову и вплетает снова пальцы в волосы мужчины, отираясь лопатками о его сильную грудь, притягивая к себе для поцелуя и неспешно лаская его своими губами с нежностью и благодарностью, выдыхая протяжный, отчаянный стон в его рот, чуть ускоряясь и увеличивая амплитуду движений собственных бёдер и потрясённо выдыхая, затянутая в вихрь чувств и новых ощущений, позволив им заполнить своей порочной негой и удовольствием каждую клеточку тела, тяжело дыша, заставляя грудь подниматься под рваным возбуждением дыханием. Она находит вторую руку мужчины, не занятую чувственными ласками клитора, и укладывает её на свою грудь, отираясь сосочком о его ладонь и выдыхая в рот довольный стон, затем снова обхватывает пальцами бедро мужчины, задавая желаемый ритм, закрывая блаженно глаза, и опаляя своим жарким дыханием любимые губы. Собственная смазка, щедро текущая по ногам, смешивается с той, что их руки выудили из уже полупустого тюбика, оставляя влажные дорожки на её коже* I love you... I love you so much... *Лили шепчет в губы Лорензо эти признания, чувствуя как всё тело плавится от удовольствия, что концентрируется внизу, разгораясь пламенем и поджигая кровь в её венах и лишь с большим отчаянием подаётся на плоть мужчины, всхлипывая от избытка чувств, поглощённая удовольствием*

Лорензо:

Лилиан: