Что, если я не успею сказать тебе о самом главном? (с)
Торфинн резко пригнулся, когда в него полетел светящийся сгусток с кончика палочки волшебницы. Он и в человеческом-то облике не смог бы создать щит, что отразил бы обездвиживающую магию, а сейчас и подавно не удержал бы палочку в когтистых лапах. Пауки, слава Одину, были не настолько сообразительны, чтобы воспользоваться замешательством своих жертв, так как действовали скорее на уровне инстинкта, а не интеллекта, но сражаться друг с другом явно было менее эффективно, чем объединив силы. Было уже поздно, и девушка могла не разобрать, что за черная туша маячит во мраке. Роули встал на задние лапы, демонстрируя лунный серп на груди, видный даже в темноте.
- Панси, это я! - произнес он, однако из горла вырвалось только утробное рычание - медвежья глотка не приспособлена для человеческой речи. Однако слизеринка уже узнала того, к кому пришла на встречу, и обжигающие заклятья направились в нужную сторону. Роули снова зарычал - теперь уже осознано. Древние берсерки - его предки - так подбадривали криком себя и наводили страх на противника. Признаться честно, беролак не слишком помнил урок ухода за магическими существами, посвященный акромантулам, если таковой вообще существовал, поэтому не был осведомлен, есть ли у этих монстров слух. К тому же, при всей его любви к братьям меньшим, восьминогие и восьмиглазые вызывали в нем наименьшую степень умиления по сравнению с пушистыми и хвостатыми. Арктур понимал Хагрида, который привязался к своему питомцу, но сейчас не испытывал ни малейшего стыда, вспарывая пузо отпрыскам Арагога.
Оборачиваться сейчас не было смысла. Трансфигурировать тварей всем скопом в муравьев, например, было крайне сложно, особенно, когда не все они находились в поле зрения. Тор предпочитал полагаться в таких ситуациях на физическую силу. К тому же, не был уверен, что не замерзнет насмерть, лишившись шерстяного покрова. Пауки точно не стали бы учтиво ждать, пока волшебник наденет мантию. Медвежья шкура гораздо толще девичьей кожи, и Арктур знал, что не позволит паукам приблизиться к девушке до тех пор, пока сам не падёт замертво.
Пыл боя захватил его: после чинных коридоров школы, где даже первокурсники маршировали строем; после попыток Тёмного Лорда всецело контролировать своих последователей размять мышцы и дать волю своей ярости было приятно. Оборотень слишком долго вел себя, как двуногий, даже становясь зверем. В схватке его животная сущность брала верх над человеческой. Кровь закипала в жилах, ловкость прирожденного хищника позволяла сражаться одному против многих. Тор дал битве управлять собой. Бросаясь в самую гущу врагов, Роули расчищал вокруг волшебницы свободный участок, точно помогающий хозяину преданный пёс, но этого явно было недостаточно. Диаметр безопасного круга всё сужался, и вот уже проклятые чудовища с аппетитом жуют оторванный кусок плаща Паркинсон, по всем признакам считая оный аперитивчиком перед основным блюдом. Берси удвоил усилия и им удалось пробраться от центра поляны к массивному стволу дерева, прижавшись спинами к шершавой коре.
Осознав, что этот манёвр лишь оттягивает неизбежное поражение. Тор обернулся к Панси, чтобы перед гибелью видеть черты её прекрасного лица, которыми бредил в минуты и сна, и покоя, а не оснащенную гроздьями фасеточных зрачков морду. Она замерла, встретив его взгляд, словно стараясь так же запечатлеть в памяти своего защитника, и через мгновение прозвучали слова, подействовавшие на северянина, словно зелье, придающее силы. Оборотня осенило. Бросившись к девушке, он толкнул её так, что ей ничего не оставалось кроме, как упасть ему на спину, цепляясь за шерсть. Пока она устраивалась поудобнее, интуитивно догадавшись, что он собирается сделать, Роули повернулся к морю чавкающих жвал и скрежещущих конечностей, издав рык, долетевший не то, что до замка, а, вероятно, и до Хогсмида. Звук словно стал осязаем, его волной тварей отбросило на пару шагов, а некоторые даже бросились наутёк по головам своих соратников, откусывая попадавшиеся на пути конечности.
Не дожидаясь, пока монстры оклемаются, беролак принялся карабкаться на дуб, внимательно выбирая ветки попрочнее и потолще, ощущая себя Джеком из сказки о бобовом стебле. Главное, не встретить наверху великанов… Увидеть гималайского медведя на верхушке вековой сосны, к примеру, не так уж странно. В отличие от своих бурых собратьев, предпочитающих зимовать в берлогах, они обычно выбирают в качестве жилища подходящее по размеру дупло. Именно такое Финн обнаружил и здесь: многочисленная семья белок устроила себе настоящие хоромы, покрыв пол ковром из орехов. Увидев, как в их жилище вваливаются незваные гости, рыжие зверьки заверещали, часть выскочила наружу, а часть забилась в угол. Тор знал, что акромантулы умеют лазить по деревьям, но оборонять узкий проём гораздо проще. Ещё он льстил себя надеждой, что, подсчитав количество погибших, пауки решат, что полтороста килограммов мяса не стоят подобных потерь.
Встряхнувшись, оборотень стал человеком, тут же доставая из рюкзака на кожаной перевязи одежду, чтобы переодеться раньше, чем приползут первые разведчики. Превращения доставляли ему неудобство только первое время, сейчас же это было довольно просто, всё равно, что сменить позу. Оба состояния были для беролака совершенно естественными, но сейчас ему хотелось быть таким же, как его возлюбленная. Тора мучил вопрос, почему она призналась в своих чувствах тогда, когда он был зверем. Арктур пытался объяснить некоторым сущность своей природы, но зачастую натыкался на брезгливость и неприятие. Людям было сподручнее считать его вторую натуру уродством и отклонением, нежели равноправной частью личности. Хотя Торфинн был уверен, что животные во многом лучше тех, что считают себя царями природы.
Сомнения отражались в глазах волшебника, он привлек Панси к себе, не в силах поверить своему счастью, пытаясь найти ответ в её глазах. Сказала ли она слова любви только лишь потому, что считала это мгновение последней возможностью признаться мне? Как изощренно судьба шутит над нами: сначала помещает на волосок от смерти, а затем исполняет то, о чём ты не смел и мечтать. Они ведь никогда не говорили о своих чувствах, оба зная, сколь много стоит между ними. Торфинн был гораздо старше беспечного Ромео, и прекрасно понимал, к чему может привести союз между юной студенткой, у которой вся жизнь впереди, и Пожирателем Смерти, который успел столько дел наворотить, что разгребать ещё несколько реинкарнаций подряд можно. Тор не произносил этих слов, так легко слетавших с многих уст, даже тогда, когда грудь рвало от страсти, потому что считал себя недостойным связывать возлюбленную ответственностью. Пусть лучше думает, что наши встречи – легкий способ отвлечься от забот и тревог, приятно проведя время, - рассуждал он, - так ей легче будет расстаться со мной, встретив кого-то более достойного. Но время шло, и их привязанность не таяла со временем, а лишь крепла.
- У меня подарок для тебя, - спохватился мужчина, вытаскивая ту самую шкатулочку, мысли о которой не оставляли Роули всё время, пока он сюда направлялся, но совершенно вылетели из головы, когда на них напали. К собственному удивлению, он нервничал, будто мальчишка, так как ни разу ему ещё не доводилось делать предложение. Тор открыл крышку: внутри оказалось невзрачное кольцо с простым камнем. Взяв изящную ладошку Панси, он надел кольцо на безымянный палец левой руки, поворачивая камень вниз и сказав ей произнести его имя.
- Берси, - девушка сразу догадалась, какое именно прозвище он имеет в виду: то самое, которым сейчас лишь она называла его. Украшение тут же изменило свою форму, подчиняясь наложенному заклятью трансфигурации. Оно стало шире и обрело искусную гравировку в виде головы медведя. Камень исчез, но теперь было видно, что металл – не дешевый сплав, а серебро. Нужно было предупредить, что для того, чтобы кольцо замаскировалось, нужно снова повернуть его, позвав Тора по имени, но мужчина молчал, ожидая реакции, будто приговора. Снаружи внезапно раздался хруст, и внутрь просунулась коленчатая лапа.
- Arachoctoverto! – палочка рассекла воздух, когти стали присосками, и от неожиданности разжав шупальца, которыми не умело пользоваться, существо рухнуло вниз. Роули всё же поэкспериментировал на досуге с вариантами превращения акромантулов в различные предметы, так как улучшить свои навыки трансфигурации не ленился никогда. Если объявятся другие, он найдёт для них подходящий облик.
[NIC]Thorfinn Rowle[/NIC]
[STA]beware the bear[/STA]
[AVA]https://forumstatic.ru/files/0011/b8/a1/91036.gif[/AVA]
